еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Диагноз – ещё не приговор

    За всю историю существования человечество обзавелось целым набором навязчивых страхов. Возраст одних фобий уходит в доисторические времена, другие являются относительно молодыми. В числе таких, не столь давно приобретённых фобий – канцерофобия. То есть иррациональный страх заболеть онкологическим заболеванием. Боязнь рака, по некоторым статистическим данным, сейчас опережает такие древние страхи, как боязнь высоты или замкнутого пространства. Насколько оправдано опасение рано или поздно стать пациентом онкологической клиники, излечим ли рак и что нужно знать, чтобы минимизировать риски – об этом и многом другом нашим читателям рассказывает главный врач Ставропольского онкологического диспансера Константин ХУРЦЕВ.

   – Константин Владимирович, первый вопрос самый простой и самый сложный одновременно: почему возникает рак? Есть ли в медицинских кругах какое-то единое мнение на этот счёт?
   – К сожалению, до сих пор природа возникновения онкологических заболеваний до конца не изучена. Так что дать однозначный ответ о причинах возникновения злокачественных опухолей сейчас не представляется возможным. Конечно, уже установлено, что существенное влияние на возникновение онкозаболеваний оказывает ряд факторов, в первую очередь – наследственность, то есть генетика; во вторую – экология. Ну и, конечно, наличие каких-то длительных хронических заболеваний, на фоне которых вполне возможна трансформация воспалительного процесса в онкологический. Однако точно определить механизм возникновения болезни пока никому из учёных не удалось.

   – Существует мнение, впрочем, весьма спорное, что рак – это некий механизм естественного отбора. Эволюционная целесообразность такого механизма заключается в том, что он позволяет осуществлять смену поколений и уменьшать внутривидовую конкуренцию путём ликвидации слабых особей. Как вы относитесь к этой гипотезе?
   – Я с ней совершенно не согласен. Потому как онкология возникает как у слабых с рождения здоровьем людей, так и порой у тех, кто ещё вчера, образно говоря, был годен в космонавты. Как у тех, кто подвержен навязчивым страхам, неврозам и проблемам с психикой, так и у их антиподов.
 Ведь если глянуть статданные, становится понятно – с каждым годом, например, у нас в крае, прибавляется онкологических больных. Но это говорит только о том, что диагностика стала лучше, рак стали выявлять на ранних стадиях, когда есть возможность излечить человека кардинально. Кроме того, охват населения в смысле проверки на онкозаболевания, стал шире. Так что, рассказы о том, что в старину люди не болели раком так часто – мифотворчество. Просто, как говорится, не каждый доживал до своего рака – продолжительность жизни тогда был гораздо ниже.

   – А насколько справедливо утверждение, что к сегодняшнему дню рак стремительно молодеет? И если раньше онкология была уделом людей после 60 лет, то сейчас он не редкость даже у детей?
   – Действительно, рак, как вы выражаетесь, помолодел. Причём все формы рака, а не какие-то специфические, стали встречаться у молодых людей: всё чаще у нас в диспансере оказываются совсем юные пациенты. Я лично связываю это явление с ухудшением экологии окружающей среды, «химизацией» продуктов питания. Ведь что касается канцерогенов в продуктах, если говорить образно – не так вредна, как многие думают, подгоревшая жареная картошка, как те элементы, которые содержатся в этой картошке. И в масле, на котором её жарят. Дело не только в степени прожарки, а в составе продуктов.

   – После смерти Жанны Фриске в обществе заговорили о так называемом «раке богатых людей». Мол, всему виной дорогостоящие омолаживающие процедуры. На ваш взгляд, насколько опасны в плане возникновения онкологии всякие разные инъекции стволовых клеток и прочие, направленные против естественного течения старения организма, манипуляции?
   – Знаете, тут сложно определить прямую связь между некими омолаживающими процедурами и возникновением опухолей. С одной стороны, конечно, всякое инородное вмешательство несёт определённый риск. А тем более вмешательство с неизученными до кона механизмами воздействия на организм, тем более какие-то полуподпольные процедуры. Но в нашем крае мы с такими пациентами практически не сталкивались – видимо, потому, что различные новомодные омолаживающие процедуры – удел определённого круга людей.

   – А что вы скажете о российском уровне медицины в сфере онкологии? Почему бытует мнение, что наши протоколы лечения устаревшие, поэтому лечиться нужно за рубежом: в Израиле, Германии. Ведь многие знаменитые люди – Александр Абдулов, Михаил Козаков, Раиса Горбачёва, Жанна Фриске, от которых отказалась отечественная медицина, ехали именно туда.
   – Отказалась потому, что уже ничего нельзя сделать. Много вы знаете тех, кто в такой ситуации вылечился и жил долго и счастливо? Увы, нет ни одного чудесным образом исцелённого. Просто потому, что это бесполезно, к сожалению – на последних стадиях рак не поддаётся излечению. Невозможно не только изменить финал, но зачастую даже отстрочить его. А чудодейственные обещания – маркетинг и ничего более. Заявляю со всей ответственностью, что российская онкология способна оказывать высокопрофессиональную помощь, работает по современным европейским протоколам. Скажу больше – многие и наши пациенты, сначала обратившись к нам, потом «сверяют часы» в зарубежных клиниках. Но для лечения всё-таки возвращаются сюда, потому, что в заграничных клиниках им сказали то же самое, назначили такое же лечение.
   К тому же, у наших российских врачей, не побоюсь этого слова, гораздо большая ответственность перед пациентами-соотечественниками, чем у зарубежных коллег. Мы не можем обещать невыполнимого, брать на себя нереальные обязательства. Ведь (подчеркну, я ни в коей мере не хочу умалить заслуги наших зарубежных коллег) за границей доктору, пообещавшему «Вы выздоровеете» не приходится потом смотреть в глаза российскому пациенту, который, пройдя курс лечения, уедет на родину.

    – Расскажите, какие виды помощи и на каком уровне оказывает людям возглавляемое вами учреждение.
    – Без ложной гордости скажу, что наш диспансер – ведущее медицинское учреждение данного профиля в СКФО. У нас наблюдаются, обследуются и лечатся не только жители Ставрополя, но и соседних территорий. Не жалуемся мы и на оснащённость аппаратурой. В 2013 году Ставропольский край вошёл в Федеральную Программу, направленную на совершенствование оказания медицинской помощи больным с онкологическими заболеваниями. В рамках её реализации проведено оснащение диспансера единым программно-аппаратным комплексом радиологического оборудования, позволяющим подводить дозы радиации к опухолям сложной формы с точностью до десятых миллиметра, проводить стереотаксическую радиохирургию опухолей головного мозга, полностью излечивать небольшие злокачественные образования. Благодаря аппарату контактного облучения стало возможным новое направление в облучении опухолей предстательной железы. Удаётся лечить рак простаты на ранней стадии без операции. Аппарат используется и в комплексном лечении гинекологического рака, прямой кишки, пищевода и других локализаций. Для лечения рака кожи приобретён рентгенотерапевтический аппарат, оборудованный цифровой системой управления и возможностью выбора различных типов энергий. Конечно, есть и проблемы. Необходимо привести в порядок основные здания комплекса, построенные в конце 80-х годов прошлого века. Так как сейчас зачастую получается, что «стены» не соответствуют уровню современного медицинского оборудования, которое диспансер получает в ходе реализации различных федеральных и региональных программ, при этом надо учитывать и то, что количество онкобольных с каждым годом растёт. Уже сейчас диспансер испытывает нехватку площадей. Пока выход найден в проведении процедур, например, химиотерапии, в рамках дневного стационара, который является наиболее крупным среди подобных лечебных учреждений в России.

   – Но оборудование мертво без человеческого фактора. Как бы вы охарактеризовали ваших сотрудников, ведь работать в вашем учреждении могут только беззаветно преданные делу люди.
   – Да, вы правы. Наша специализация требует от сотрудников особых знаний, умений и, что самое главное – особых человеческих качеств. В силу специфичности контингента наших больных. О наших сотрудниках можно рассказывать долго, много, потому как все они – уникальные люди. Настоящие профессионалы, самоотверженные, умеющие найти подход к любому больному или родственнику. Я ими восхищаюсь – их выдержкой, умением справляться с сумасшедшей физической и, главное, эмоциональной нагрузкой и при этом не подвергнуться тому, что называется профессиональной деформацией: не стать чёрствыми, равнодушными и делать своё дело абы как.

   – Констатнтин Владимирович, ну и последний вопрос – что вы посоветуете нашим землякам в плане предупреждения онкозаболеваний?
   – Советы мои не буду отличаться какой-то оригинальностью. Это, в первую очередь, регулярные обследования, в первую очередь, для тех, кто находится в группе риска. В этой связи хочу сказать, что в Ставрополе в рамках всероссийской акции «Розовая ленточка» с 26 по 29 сентября будет проходить бесплатное обследование женщин врачами – маммологами. Приём будет проходить в поликлиниках №№ 1, 2, 6, 7. Во-вторых, помнить, что вредные привычки и неправильный образ жизни, наплевательское отношение к своему здоровью в разы увеличивают шанс онкозаболевания. И, конечно, помнить, что даже диагноз «рак» – это отнюдь не приговор. Чем раньше вступить в бой с болезнью, тем больше шансов её победить. И не надо падать духом. Никогда.


   Беседовала Ульяна УЛЬЯШИНА

Комментарии (0)