еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета
еженедельная общественно-политическая, информационно-развлекательная газета

Бумага всё стерпит

Возвращается советская мода на сдачу вторсырья: макулатуры, стеклотары, металлолома. При Брежневе пионерам твердили, что 100 кг макулатуры сохраняют от вырубки одно дерево, а при сегодняшних технологиях достаточно и 54 килограммов. И хотя с лесами в России всё хуже, мы перерабатываем всего 12% макулатуры, а Европа – до 73%. Та же история со стеклотарой: в Нидерландах собирают рекордные 78%, а у нас едва доходит до 10%. Существуют системные причины, по которым власти не поддерживают переработчиков.

Капиталистическое соревнование

При Союзе бутылки принимали по 15-20 копеек. Минералка или молоко, наливавшиеся внутрь тары, стоили дешевле. Поэтому бутылками дорожили, ходили легенды, что на юге в сезон можно насобирать на «Жигули». Найти даже десяток бутылок в пьющей стране – не проблема, а на два рубля можно кое-как прокормиться. В 90-е годы у каждой компании, сидевшей с пивом на скамейке, вился рой конкурирующих бабушек и асоциальных типов. Но несмотря на конкуренцию рост потребления пива шёл галопом, а сдать бутылки можно было в любом ларьке.

Сегодня бизнес в прежнем виде выродился. На улицах за распитие гоняют, следовательно, и тары стало меньше. Сдать бутылки – целая проблема: добычу надо везти в пункт приёма, которых немного. А сколько стеклотары может дотащить до трамвая пожилой человек? Штук 20? А примут их по рублю, максимум по два. И чтобы собрать эти 20 бутылок, утомишься ходить и в урны заглядывать. Затея вроде бы потеряла смысл, но инициативные россияне придают ей новый облик.

– Зарабатываю на вторсырьё 30-40 тысяч в месяц, летом ещё больше, – рассказывает петербуржец Руслан. – Часа в два-три ночи сажусь за руль, объезжаю популярные скамейки во дворах. Народ обычно уже разошёлся, урны полны бутылок и алюминиевых банок. С банками удобнее всего – их принимают в смятом виде, места в багажнике занимают мало. На весь рейд уходит часа два, днём сдаю добычу на завод неподалёку – у них цены повыше, чем в обычных пунктах. Раньше сочетал этот бизнес с работой в такси, но сейчас таксовать бросил – денег и так хватает. Зимой, конечно, будет сложнее, люди на скамейках с пивом не сидят. Но у метро и на автобусных остановках всегда есть чем поживиться.

Сдача макулатуры в советские времена была темой для школьников и интеллигентов: за 20 кг макулатуры давали талон на приобретение дефицитной книги: от приключенческих Дюма и Майн Рида до продвинутых Булгакова и Зощенко. За деньги макулатуру никто не сдавал, а школьные дворы были завалены связками газет и журналов в рамках акции «Миллион – Родине».

Сегодня на использованной бумаге люди кормятся даже сытнее, чем на стеклотаре. Правда, если вы насобираете в квартире 20-30 кг макулатуры и позвоните в одну из контор по сбору (мол, приезжайте, забирайте) – вас засмеют. Вы услышите, что на приёмке взвешивают грузовик до и после разгрузки, таким образом вычисляя вес груза. И к вам готовы приехать, только если вы соберёте по своим шкафам тонну. Но не надо отчаиваться!

– Цена на макулатуру скакнула 3-4 года назад, хорошая бумага стоит, как металлолом, – рассказывает москвич Пётр. – Но в отличие от тех же бутылок никто не считает её ценностью – добывать легко. В каждом подъезде стоят коробки для рекламы, которую жильцы достают из почтовых ящиков и сразу выбрасывают. Под выборы там скапливаются кипы газет и агитационных материалов, исполненных на мелованной бумаге, – это настоящее Эльдорадо. В гипермаркетах и сетевых магазинах упаковочную бумагу бесплатно не отдадут: слишком большие объёмы, её сами прессуют и сдают напрямую переработчикам. А вот в офисных центрах зачастую рады, если кто-то предлагает бесплатно очистить помещения от мусора.

Бумажные отходы класса «А» (высокое качество бумаги) в Москве принимают по 10-18 рублей за кг, класс «Б» (картон, книги, журналы) – по 5-10 рублей, класс «В» (газеты) – за 3-5 рублей. Уже есть компании, выезжающие по адресу ради 100 килограммов. Но чем меньше город, тем ниже цены – доходит до одного рубля за кило. В глубинке сдать кому-то макулатуру – проблема. А для столичных контор запустить в регионы фуру для сбора использованной бумаги накладно, поскольку бизнес это малорентабельный. Чтобы он стал таким, от души постаралось государство.

Сдачи не надо

Даже в Москве и Питере редко встретишь обычные для европейских городов фандоматы для стеклянной, алюминиевой и пластиковой тары. Чтобы бросить баночку – и получить 10-20 центов. Если бы на каждом километре городского пространства появился такой сборник, то к проблеме избавления улиц от мусора подключились бы школьники и пенсионеры. А сбор макулатуры даже в Восточной Европе субсидируется государством: лучше чуть переплатить гражданину, который собрал вокруг своего жилища бумажный мусор, чем нагружать дворников и импортировать целлюлозу.

В России субсидий от властей не дождёшься, даже в регионах, утопающих в мусорных свалках. Причин несколько. В приграничной Псковской области, например, крупнейший налогоплательщик – компания по сбору и переработке металлолома. В чиновничьем сознании этот бизнес родом из 90-х и ориентирован на «продажу Родины» за кордон. Логики в этом немного, но есть удобная установка – всевозможных сборщиков обложить налогами по максимуму.

В 2015 г. премьер Дмитрий Медведев запретил экспортировать макулатуру. Чтобы понять масштаб этого решения, важно перечислить основные стратегические продукты: нефть, газ, уран, пшеница, титан, бериллий. Даже в разгар торговой войны с Западом Россия не запрещала всё это продавать за границу – даже вопрос так не стоял. Неужели макулатура играет в нашей экономике более важную роль?

Ларчик открывался просто: 6% российского экспорта макулатуры приходилось на Финляндию, 5% – на Китай, а 70% – на Украину. Вследствие «продуманной» фискальной политики получалось, что в незалежной перерабатывать намного дешевле, да ещё и НДС возвращался. В той же Финляндии власти задумались бы, как поддержать отрасль, как подтолкнуть бизнес перерабатывать дома, а не тащить товар за тридевять земель. Тем более полдела сделала девальвация рубля, при которой подорожавший экспорт макулатуры мог подстегнуть внутренний спрос. Но у властей в России желание нагадить противнику всегда скакало впереди обустройства собственной страны.

Запрет продлился всего несколько месяцев, но закупочные цены на макулатуру рухнули почти на четверть. Независимые заготовители макулатуры пожаловались в ФАС, Минпромторг и Минэкономики, что переработчики, покупавшие тонну в среднем за 13, 7 тыс. руб., теперь дают только 10, 5 тысячи. И это при нехилой инфляции. Но за что винить рынок, который лишили важнейшего фактора спроса – продажи за границу? Как только запрет отменили, макулатура выросла в цене вдвое.

Вроде бы высокая цена – это хорошо, поскольку возможность подзаработать появляется у самых малообеспеченных россиян. Объёмы собираемой в стране макулатуры выросли с 2, 25 млн т в 2014 г. до почти 4 млн т сегодня. И это далеко не предел: оценки всего объёма производимой в России макулатуры расходятся от 15 млн т до фантастических 100 миллионов. Вроде бы и бизнес потянулся вкладываться в мощности по переработке.

Но в начале июля 2017 г. Минэкономики приготовило новый подарок: предлагают ввести заградительные пошлины на вывоз макулатуры – аж 43%. В этом шаге тоже слышится украинское эхо: основным импортёром бумаги (часто сделанной из нашей же макулатуры) в Россию является всё та же незалежная. Мало того что это повышает цены внутри страны, так ещё и обидно политически. Вот и хотят стимулировать отечественного производителя, который с 2007 по 2017 г. инвестировал в подготовку макулатуры на вывоз более 300 млрд руб.: давай-ка ты выбрось все свои бизнес-планы, под которые брал кредиты, залезай в новые долги и производи бумагу на внутренний рынок.

А производитель еле жив, потому что льгот у него нет, а бизнес малорентабелен. И по щелчку из правительства Дунай вспять не потечёт. Часть макулатурщиков просто разорится, а часть попробует гнать бумажные отходы в Белоруссию или Армению. Ведь на наших партнёров по Таможенному соглашению заградительные пошлины распространяться вряд ли будут. А оттуда макулатуру проще реэкспортировать на Украину.

Поскольку о людях в очередной раз не подумали, они напоминают о себе сами. По лекалам чеховского злоумышленника житель Нижнего Тагила сдал в металлолом индуктивный шунт, который снял прямо с локомотива. А в Юрге жажда наживы заставила местных люмпенов сложить несколько металлических гаражей и сдать их в переработку. Разве мы все не вздохнём, если им станет выгодно собирать и сдавать бумажный мусор?

www.argumenti.ru

Комментарии (0)